Великая княгиня ольга киевская. Ольга, княгиня Киевская: княжение и исторический портрет

Девятого сентября, в среду состоялся прием, во всем сходный с вышеописанными, по случаю прибытия Русской княгини Ольги. Княгиня вошла со своими родственницами княгинями и избраннейшими прислужницами, причем она шла впереди всех других женщин, а они в порядке следовали одна за другою; она остановилась на том месте, где логофет обычно предлагал вопросы… Когда царь по обычному чину вошел в дворец, состоялся второй прием следующим образом. В триклине Юстиниана было поставлено возвышение, покрытое багряными шелковыми тканями, а на нем поставлен большой трон царя Феофила и сбоку царское золотое кресло. Два серебряных органа двух частей (= димов) были поставлены внизу за двумя завесами, духовые инструменты были поставлены вне завес. Княгиня, приглашенная из Августея, прошла чрез апсиду, ипподром и внутренние переходы того же Августея и, вошедши, села в Скилах. Государыня воссела на вышеупомянутый трон, а невестка ее на кресло. Вошел весь кувуклий и препозитом и остиариями были введены ранги… Когда царь воссел с Августою и своими багрянородными детьми, княгиня была приглашена из триклина кенургия и, сев по приглашению царя, высказала ему то, что желала.

В тот же день состоялся званый обед в том же триклине Юстиниана. Государыня и невестка ее сели на вышеупомянутом троне, а княгиня стала сбоку… На обеде присутствовали певчие церквей св. апостолов и св. Софии и пели царские славословия. Были также всякие сценические представления… После того как царь встал из-за стола, был подан десерт в ариститирии, где был поставлен малый золотой стол, стоящий (обыкновенно) в пектапиргии, и на нем был поставлен десерт на блюдах, украшенных эмалью и дорогими камнями. И сели царь, царь Роман Багрянородный, багрянородные дети их, невестка и княгиня, и дано было княгине на золотом блюде с дорогими камнями 500 мил., шести приближенным женщинам ее по 20 мил. и 18-прислужницам по 8 мил.

Октября 18-го, в воскресенье, состоялся званый обед в Золотой палате, и сел царь с Руссами, и опять был дан другой обед в пентакувуклии св. Павла, и села государыня с багрянородными детьми ее, невесткою и княгинею…

НАРУШЕНИЕ РИТУАЛА

Поначалу аудиенция проходила так, как это обычно было принято в отношении иностранных правителей или послов крупных государств. Император, сидя на троне в роскошном зале Магнавре, обменялся с Ольгой через логофета церемониальными приветствиями. Рядом с императором находился весь состав двора. Обстановка была чрезвычайно торжественная и помпезная.

В тот же день состоялось еще одно традиционное для приемов высоких гостей торжество - обед… Но наряду с этим имелись и отступления от принятых традиций, обозначились нарушения незыблемого византийского дипломатического ритуала, которые были совершенно невероятны, особенно при Константине VII - их ревностном блюстителе.

В начале аудиенции, после того как придворные встали на свои места, а император воссел на «троне Соломона», завеса, отделявшая русскую княгиню от зала, была отодвинута, и Ольга впереди своей свиты двинулась к императору. В этих случаях обычно иностранного представителя подводили к тропу два евнуха, поддерживавшие подходящего под руки. Затем иностранный владыка или посол совершал праскипеспс - падал ниц к императорским стопам. Во время приема киевской княгини этот порядок был изменен. Ольга одна, без сопровождения, подошла к трону, не упала перед императором ниц, как это сделала ее свита, а осталась стоять и стоя же беседовала с Константином VII.

Затем Ольгу отдельно приняла императрица, которую русская княгиня приветствовала лишь легким наклоном головы.

«ПОВЕСТЬ ВРЕМЕННЫХ ЛЕТ» О КРЕЩЕНИИ ОЛЬГИ

Отправилась Ольга в Греческую землю и пришла к Царьграду. Был тогда цесарь Константин, сын Льва. И увидев, что она красива лицом и весьма умна, подивился цесарь ее разуму, беседуя с нею, и сказал ей: «Достойна ты царствовать с нами в городе этом». Она же, поразмыслив, ответила цесарю: «Я язычница; если хочешь крестить меня, то крести меня сам - иначе не крещусь». И крестил ее цесарь с патриархом. [...] И было наречено ей в крещении имя Елена, как и древней царице - матери Константина Великого. И благословил ее патриарх и отпустил. После крещения призвал ее цесарь и сказал ей: «Хочу взять тебя в жены». Она же ответила: «Как ты хочешь взять меня, когда сам крестил меня и назвал дочерью? А у христиан не разрешается это - ты сам знаешь». И сказал ей цесарь: «Перехитрила ты меня, Ольга». И поднес ей многочисленные дары - золото, и серебро, и паволоки, и сосуды различные, и отпустил ее, назвав своею дочерью. Она же, собравшись домой, пришла к патриарху, и попросила у него благословения дому, и сказала ему: «Люди мои и сын мой язычники, - да сохранит меня Бог от всякого зла». И сказал патриарх: «Чадо верное! В Христа ты крестилась, и в Христа облеклась, и Христос сохранит тебя… избавит он от козней дьявола и от сетей его». И благословил ее патриарх, и отправилась она с миром в свою землю и пришла в Киев.

КРЕЩЕНИЕ ОЛЬГИ И НАЧАЛО ХРИСТИАНИЗАЦИИ РУСИ

Надежды Византии на близкое крещение Руси не оправдались. Принятие христианства оказалось для русов делом длительным и трудным. Князь Игорь вскоре погиб. Его вдова Ольга решилась переменить веру лишь много лет спустя после смерти мужа. Автор «Повести временных лет» записал предание о том, что Ольга приняла крещение от императора Константина Багрянородного в Константинополе в 955 г. Однако летописный рассказ пронизан фольклорными мотивами. Если верить летописи, немолодая Ольга произвела на императора столь сильное впечатление, что тот предложил «пояти» ее в жены. Мудрая Ольга отвечала: «Како хочешь меня пояти, крестив мя сам и нарек мя дщерью?» Отказав «жениху», русская княгиня «переклюкала» самого царя.

Константин VII Багрянородный упомянул о приеме «архонтесы Елги». Но не знал христианского имени Елены-Елги, а следовательно, княгиня оставалась язычницей во время свидания с ним в 957 г. Состав русской свиты наводит на мысль, что Ольга нанесла визит императору как частное лицо. В ее окружении не было послов от наследника Святослава, игоревых племянников и от конунга Свенельда. «Слы» из свиты Ольги получали столько же денег, сколько ее переводчики, что точно отражало их положение на иерархической лестнице.

Сохранилось немецкое свидетельство о крещении Ольги - так называемое Продолжение Хроники Региона. Хроника была составлена в середине X в. Автором Продолжения был, как полагают, первый киевский епископ Адальберт. Все это придает памятнику исключительную ценность. Как записал немецкий хронист, в 959 г. ко двору германского императора Оттона I явились «послы Елены, королевы ругов (русов), которая при Романе Константинопольском императоре крещена в Константинополе». Послы «просили, чтобы их народу был поставлен епископ и священники». Итак, Ольга - Елена приняла крещение не при Константине Багрянородном, а при его сыне Романе, вступившем на трон после смерти отца в ноябре 959 г. Сомнение вызывает хронология событий, изложенных в немецкой хронике. Ольга не успела бы в течение двух неполных месяцев после крещения снарядить послов в Германию. Необъяснимо промедление Оттона I. Выслушав послов в конце 959 г., император удовлетворил их просьбу и назначил епископа в Киев лишь через год, на Рождество 960 г. Видимо, хронист неточно записал дату прибытия послов. Немецкие анналы XI в., источник независимого происхождения, сохранили следующую запись: «960. К королю Оттону явились послы от народа Руси». Приведенный текст подтверждает предположение, что миссия русов явилась в Германию не в 959 г., а в 960 г. и уже к концу года Оттон объявил о назначении епископа.

Русская княгиня поступила совершенно так же, как раньше поступил болгарский царь Борис. Приняв крещение от православного греческого патриарха, она тотчас же пригласила латинского пастыря. Немецкий епископ, который должен был ехать в Киев, скоропостижно умер 15 февраля 961 г., и сан епископа Руси был передан монаху Адальберту. Он выехал в Киев в 961 г., а через год вернулся домой ни с чем. Попытка основать в Киеве епископство потерпела неудачу из-за сопротивления языческой норманнской знати, правившей страной после гибели Игоря. Один этот факт разрушает миф об Ольге как правительнице Руси. Однако не следует думать, что старания княгини насадить на Руси христианство не дали никаких результатов. Уже во время первой поездки язычницы Елги в Константинополь в ее свите находился «поп Григорий». А это значит, что люди из ближайшего окружения Ольги сменили веру раньше нее. В 967 г. папа Иоанн XII воспретил назначать на вновь учреждаемую кафедру в Праге лиц, принадлежащих «к обряду или секте болгарского или руского народа, или славянского языка». Вероятно, самая многочисленная христианская община русов находилась в Константинополе, и папа римский опасался присылки в Чехию епископа из Византии. В Царьграде «крещеные русы» занимались разного рода деятельностью: торговали, служили в императорской дворцовой гвардии и пр. Сношения между киевскими и царьградскими христианами русского происхождения способствовали христианизации киевских русов.

Влияние Ольги на дела управления было, по-видимому, ограниченным. В год смерти Игоря княжичу Святославу исполнилось никак не меньше 8-10 лет. Мстя древлянам за отца, Святослав начал битву, метнув в них тяжелое копье. Копье упало у ног коня, на котором сидел мальчик. Ко времени приезда епископа в Киев Святославу было более 20 лет. Он достиг совершеннолетия. По летописи, Ольга-Елена многократно просила сына переменить веру, но тот неизменно отказывал ей, ссылаясь на мнение дружины. Молодой князь не мог отречься от язычества, пока дружина и ее предводители придерживались старой религии. Два десятилетия спустя, если верить летописному преданию, внук Ольги Владимир закончил беседу о вере с немецкими послами напоминанием о временах бабки: «Идите опять, яко отци наши сего не приняли суть». Владимир говорил от лица всей дружины. Выражение «отцы наши» имело в его устах вполне определенное значение. Епископ Адальберт был изгнан из Киева всей дружиной. По свидетельству новгородской летописи, киевская княгиня держала в своем доме «презвитера» в тайне от народа. Пресвитером был, вероятно, сам Адальберт или один из прибывших с ним латинских священников.
Скрынников Р.Г. Древнерусское государство

ИЗ ЖИТИЯ СВЯТОЙ ВЕЛИКОЙ КНЯГИНИ ОЛЬГИ

…И посемъ по крещеніи живяше лѣтъ 15 и угоди Богу, и съ миромъ предавъ святую свою и честную душю въ руцѣ Христу Богу въ лѣто 6477, мѣсяца Іюля въ 11 день. И посемъ, времени многу минувшу по преставленіи святыа, внукъ же ея — блаженный князь Владимеръ въспомяну о мощехъ святыа бабы своеа, и пріиде на мѣсто самъ с митрополитомъ и со всѣмъ священнымъ соборомъ и съ фимяномъ, и раскопавше землю, и обрѣтоша честныа мощи святыя бабы своея княини Олги цѣлы и нерушимы пребывають. Они же прославиша Бога, и въземъше мощи, и положиша въ церкви Святыа Богородица, въ гробѣ каменѣ мале; и на верху гроба того честнаго оконце сътвориша: и тудѣ видять блаженныа тѣло лежаше цѣло и тлѣнію непричастно, но свѣтяшеся яко солнце. А иже кто пріидѣтъ съ вѣрою ко гробу святыя: и оконце оно, иже на гробѣ святыа, само о себе отверзется, и видятъ честное тѣло и мнози пріемлютъ исцѣленіе неоскудно…

Регентство жены Игоря при малолетнем князе Святославе.

КНЯГИНЯ ОЛЬГА

Ольга - великая русская св. равноап. княгиня. Жена вел. кн. Игоря Рюриковича. Относительно происхождения кн. Ольги существует несколько летописных версий. Одни авторы называют ее уроженкой Плескова (Пскова), другие - Изборска. Одни заявляют, что она происходила из рода легендарного Гостомысла и первоначально носила имя Прекраса, но была переименована Олегом Вещим в свою честь, другие называют ее дочерью Олега Вещего, третьи сообщают, что она была простой крестьянкой, понравившейся Игорю и потому ставшей его женой. В рукописном сборнике XV в. имеется известие, согласно которому Ольга была болгарской княжной из города Плиски и приведена на Русь Олегом Вещим в качестве невесты для кн. Игоря.

В «Повести временных лет» под 903 сообщается о женитьбе Игоря на Ольге. В Устюжском летописном своде говорится, что она стала женой Игоря в 10-летнем возрасте. Иоакимовская летопись отмечает, что Игорь имел впоследствии и других жен, однако Ольгу чтил больше иных за ее мудрость.

Из договора Игоря с Византией видно, что Ольга занимала в иерархической структуре Киевского государства третье по значению место - после великого кн. Игоря и его сына-наследника Святослава.

После смерти мужа Ольга становится верховной правительницей Руси. Она жестоко подавляет восстание древлян, устанавливает размеры податей с населения в ряде русских регионов, создает погосты, где останавливаются сборщики даней.

ПРОИСХОЖДЕНИЕ КНЯГИНИ ОЛЬГИ

Об Ольге до ее замужества с Игорем известно мало. Повесть временных лет сообщает под 6411 (903) годом, что к Игорю привели «жену из Пскова, именем Ольга». «Книга Степенная царского родословия» (создана в 60-е годы XVI века) называет родиной Ольги весь (село) Выбутскую под Псковом. В поздних Раскольничьей и Иоакимовской летописях, бывших у В. Н. Татищева, родиной Ольги оказывается уже Изборск. Поскольку во время появления Ольги на свет Пскова вроде бы еще не было, но, зато, в середине X века существовало село Ольги Выбутино-Будутино, то она, следовательно, в нем и родилась. Аналогично, возникла и легенда об изборском происхождении Ольги. Например, В. Н. Татищев, сохранивший это предание, повинуясь логике своих летописных источников, считал, что «изборская» версия более правильная, так как «тогда Пскова еще не было». А между тем, «псковская» версия подкрепляется археологическими данными, согласно которым Псков, как собственно город, сложился к VIII веку, то есть раньше Изборска. Впрочем, и версия об Изборске (расположен в 30 км от Пскова), и версия о Выбутской веси, как о местах, где родилась Ольга, помещают родину Ольги в Псковской области.

Любопытно сообщение ряда летописей XVII-XVIII веков о том, что Ольга была дочерью «Тмутарахана, князя Половецкого». За этим известием стоит, таким образом, определенная летописная традиция, но вряд ли можно считать русскую княгиню X века Ольгу дочерью половецкого хана.

Итак, смело можно утверждать только, что родиной Ольги был север территории расселения восточных славян, возможно, Псков или его окрестности. Тесные связи существовали, судя по всему, у Ольги и с Новгородом. Именно ей летопись приписывает в 6455 (947) году установление даней в Новгородской земле. Правда, летописный рассказ о походе княгини к Новгороду и установлении даней по Мсте и Луге вызывает справедливое сомнение исследователей в том, что все это действительно имело место. Ведь возле Новгорода в древности существовала своя «Деревская земля», «Деревский погост». В начале XI века Деревской землей называлась область Новоторжская, возле Торжка, а сам город Торжок звался в древности Искоростенем! Это может свидетельствовать об основании его выходцами из Древлянской земли, вероятно, бежавшими туда после подавления древлянского восстания. Летописец XI века, труд которого был использован при составлении Повести временных лет, мог неверно понять рассказ о том, что Ольга упорядочила сбор дани с Деревской земли, и расширить масштаб устроительной деятельности княгини, включив в нее и реформу Новгородской земли. Здесь проявилось стремление летописца упростить историю организации на Руси погостов, приписав всю реформу одному человеку - Ольге.

«Повесть временных лет» ничего не сообщает о том положении, которое занимала Ольга до брака с Игорем. Правда, в «Степенной книге», в которой о браке Игоря с Ольгой рассказывается с необыкновенными и романтическими деталями, говорится, что Ольга была простой поселянкой из веси Выбутской, которую Игорь встретил на перевозе во время охоты. Историки уже на протяжении трех столетий сомневаются в том, что Ольга была низкого происхождения, и сомнения эти вполне обоснованны. Выше уже говорилось о том, что «Степенная книга» помещала родину Ольги в веси Выбутской, исходя из убеждения, что Пскова тогда еще не существовало. Истории о «крестьянском» происхождении Ольги, о том, как она работала перевозчицей, сохранились и в псковских устных преданиях. Здесь мы скорее всего имеем дело с известным стремлением сказителей приблизить героя к слушателям, сделать его представителем их сословия. Большинство же летописных сводов сообщает о знатном происхождении Ольги или ограничивается простым упоминанием о браке Игоря и Ольги. «Степенная книга», представляя Ольгу бедной поселянкой, оказывается почти в полном одиночестве. Ермолинская летопись (вторая половина XV века) называет Ольгу «княгиней от Плескова». Типографская летопись (первая половина XVI века) сообщает, что «некоторые» рассказывали, что Ольга была дочерью Вещего Олега. Известие о том, что Ольга была дочерью Олега, сохранилось в Пискаревском летописце и Холмогорской летописи.

О знатности Ольги свидетельствует и известие Константина Багрянородного в труде «О церемониях византийского двора» о том, что во время визита Ольги в Царьград ее сопровождала большая свита: «анепсий», 8 приближенных людей, 22 посла, 44 торговых человека, 2 переводчика, священник, 16 приближенных женщин и 18 рабынь. Самым интересным нам кажется присутствие 8 приближенных людей. Это не дружинники и не слуги. Для дружины этого количества людей мало, а весь обслуживающий персонал перечисляется позднее. Это и не союзные князья. От них с Ольгой было послано 22 посла. Возможно, это родственники Ольги, не случайно в том же источнике говорится, что вместе с Ольгой прибыли и «родственные ей архонтиссы». Кроме того, в составе русского посольства особо выделяется «анепсий» Ольги. «Анепсий» - термин, означавший в Византии того времени чаще всего племянника (сына сестры или брата), а также двоюродного брата или, гораздо реже, родственника вообще. Как известно, в договоре 944 года упомянуты племянники Игоря (Игорь и Акун). Поскольку племянник мужа мог считаться племянником и его жены, возможно, об одном из этих двух лиц и идет речь в данном случае. Правда, термин «анепсий» означал кровного родственника, каковыми в отношении Ольги не были ни Игорь, ни Акун. Может быть, речь здесь идет о совершенно неизвестном нам князе, относившемся к роду Ольги. Таким образом, Ольга не была простой поселянкой без роду, без племени, а являлась главой рода, пришедшего в Киев вместе с ней и участвовавшего в ведении дел.

Однако и еще одно обстоятельство усиливало позиции Ольги. Она была не просто женой Игоря, но и, как видно из рассказа о распределении ею дани с древлян, самостоятельной правительницей Вышгорода. Значение Вышгорода было велико. Город возник всего в 12-15 км от Киева и с самого начала представлял собой мощную крепость, которая позднее служила хорошим щитом для защиты Киева с севера. Подобное расположение Вышгорода по отношению к Киеву позволило ряду историков рассматривать его как некий «придаток», пригород «матери городов русских». Вряд ли это справедливо, по крайней мере, по отношению к Вышгороду X века. По данным археологии, в это время территория его была равна современному ему Киеву. Город располагал детинцем (кремлем). Вышгород являлся центром ремесла и торговли. О значении и силе этого города свидетельствует и упоминание «Вусеграда» в сочинении Константина Багрянородного, наряду с другими крупнейшими городами - Смоленском, Любечем, Черниговом. Скорее, правы те историки, которые склонны рассматривать Вышгород как независимый от Киева и, более того, конкурирующий с ним центр.

КРУЖЕНИЕ ОЛЬГИ

С именем Ольги связывают важные реформы, относящиеся к учреждению административных центров - погостов и упорядочению системы государственного управления. В доказательство приводят следующий отрывок из летописи XII в.: «В лето 6455 (947) иде Вольга Новугороду, и устави по Мьсте повосты и дани и по Лузе оброки и дани; и ловища ея суть по всей земли, знаменья и места и повосты, и сани ее стоятъ въ Плескове и до сего дне». Для верности интерпретации приведенного отрывка следует сравнить его с Записками императора Константина Багрянородного, написанными во времена Ольги в середине X в. С приближением зимы, писал император, русские «архонты выходят со всеми росами из Киева и отправляются в полюдиа, что именуется «кружением», а именно в земли древлян, дреговичей, северян и прочих данников славян. Кормясь там в течение зимы, они в апреле, когда тает лед на Днепре возвращаются в Киев».

Константин VII описал полюдье при жизни Ольги на основании бесед с послами. Киевский летописец почерпнул сведения о полюдье Ольги из преданий, спустя столетие. Он не знал термина «полюдье», зато приписал мудрой княгине важную реформу - установление «повостов» и «оброков». Слово «оброк» позднего происхождения, а понятие «погост» («повост») имело в X в. совсем иное значение, чем в XII в. При Ольге «погост» обозначал языческое святилище и место торга славян («погост» от слова «гость» - купец). С принятием христианства власти стали разорять капища и на их месте ставить церкви. Крупнейшие погосты превратились к XII в. в центры управления округой. Но при Ольге погосты оставались языческими святилищами по преимуществу.

Скрынников Р.Г. Древнерусское государство

ИЗ ЖИТИЯ

И управляла княгиня Ольга подвластными ей областями Русской земли не как женщина, но как сильный и разумный муж, твердо держа в своих руках власть и мужественно обороняясь от врагов. И была она для последних страшна, своими же людьми любима, как правительница милостивая и благочестивая, как судия праведный и никого не обидящий, налагающий наказание с милосердием, и награждающий добрых; она внушала всем злым страх, воздавая каждому соразмерно достоинству его поступков, но всех делах управления она обнаруживала дальновидность и мудрость. При этом Ольга, милосердная по душе, была щедродательна нищим, убогим и малоимущим; до ее сердца скоро доходили справедливые просьбы, и она быстро их исполняла... Со всем этим Ольга соединяла воздержанную и целомудренную жизнь, она не хотела выходить вторично замуж, но пребывала в чистом вдовстве, соблюдая сыну своему до дней возраста его княжескую власть. Когда же последний возмужал, она передала ему все дела правления, а сама, устранившись от молвы и попечении, жила вне забот управления, предаваясь делам благотворения. Преставилась святая княгиня Ольга в 969 году 11 июля (ст. стиль), завещав открыто совершить погребение ее по-христиански. Ее нетленные мощи покоились в десятинной церкви в Киеве.
За свою миссионерскую деятельность, Ольга одной из первых была причислена к лику святых и удостоилась высокого звания равноапостальской.
В то же время до сих пор с именем этой княгине связано несколько спорных вопросов таких как:
- место ее происхождения, (согласно Начальной летописи Ольга происходила из Пскова
Житие святой великой княгини Ольги уточняет, что родилась она в деревне Выбуты Псковской земли, в 12 км от Пскова выше по реке Великой. Имена родителей Ольги не сохранились, по Житию они были не знатного рода, «от языка варяжска». Типографская летопись (конец XV века) и более поздний Пискаревский летописец сообщают, будто Ольга была дочерью Вещего Олега. И.Д. Иловайский считал, что Ольга происходила из славян и выводил ее имя от славянской формы «Вольга», кстати, в древнечешском языке так же имелся аналог Ольги Olha. Ряд болгарских исследователей считают, что Ольга происходила из болгар. В подтверждения чего приводят сообщение из Нового Владимирского Летописца («Игоря же ожени [Олег] въ Болгарехъ, поятъ же за него княжну Ольгу».), где автор ошибочно перевел летописное название Плесков не как Псков, но как Плиска - болгарская столица того времени.
- время ее рождения (большинство летописцев считают ее ровесницей Игоря, другие полагают, что она была младше мужа лет на 15-20),
- место и время ее крещения. (по одной версии 954 – 955 г. по другой 957 г., ряд исследователь считают, что крещение произошло в Константинополе, другие в Киеве).

Ее называли "начальницей веры" и "корнем Православия", поскольку именно она стала предтечей христианства на Руси. Ряд исследователей предполагает, что жена князя Игоря княгиня Ольга крестилась 1059 лет назад . Существует и устойчивое мнение, что крестилась равноапостольная княгиня в Киеве в 955 г., (поскольку сюжет этот подробно описан в "Повести временных лет" именно под 955 годом), а путешествие в Византию предприняла в 957 г., будучи христианкой. Документальные исторические источники не дают однозначного ответа на этот вопрос.

Житие так повествует о трудах Ольги: "И управляла княгиня Ольга подвластными ей областями Русской земли не как женщина, но как сильный и разумный муж, твердо держа в своих руках власть и мужественно обороняясь от врагов. И была она для последних страшна, своими же людьми любима, как правительница милостивая и благочестивая, как судия праведный и никого не обидящий, налагающий наказание с милосердием, и награждающий добрых; она внушала всем злым страх, воздавая каждому соразмерно достоинству его поступков, во всех делах управления она обнаруживала дальновидность и мудрость. При этом Ольга, милосердная по душе, была щедродательна нищим, убогим и малоимущим; до ее сердца скоро доходили справедливые просьбы, и она быстро их исполняла... Со всем этим Ольга соединяла воздержанную и целомудренную жизнь, она не хотела выходить вторично замуж, но пребывала в чистом вдовстве, соблюдая сыну своему до дней возраста его княжескую власть. Когда же последний возмужал, она передала ему все дела правления, а сама, устранившись от молвы и попечений, жила вне забот управления, предаваясь делам благотворения".

Автор "Степенной книги" пишет: "Подвиг ее в том был, что узнала она истинного Бога. Не зная закона христианского, она жила чистой и целомудренной жизнью, и желала быть христианкой по свободной воле, сердечными очами путь познания Бога обрела и пошла по нему без колебания".

Преподобный Нестор летописец повествует: "Блаженная Ольга с малых лет искала мудрости, что есть самое лучшее в свете этом, и нашла многоценный жемчуг - Христа".

Поручив Киев подросшему сыну Святославу, Ольга отправилась с большим флотом в Константинополь. Древнерусские летописцы назовут это деяние Ольги "хожением", оно соединяло в себе и религиозное паломничество, и дипломатическую миссию, и демонстрацию военного могущества Руси. "Ольга захотела сама сходить к грекам, чтобы своими глазами посмотреть на службу христианскую и вполне убедиться в их учении об истинном Боге", - повествуется в житии святой Ольги.

Таинство Крещения совершил над ней патриарх Константинопольский Феофилакт (933-956 гг.), а восприемником из купели (крестным отцом) стал император Константин Багрянородный (912-959 гг.), оставивший в своем сочинении "О церемониях византийского двора" подробное описание церемоний во время пребывания Ольги в Константинополе. На одном из приемов княгине было поднесено золотое, украшенное драгоценными камнями блюдо. Ольга пожертвовала его в ризницу собора Святой Софии, где его видел и описал в начале XIII в. русский дипломат Добрыня Ядрейкович, впоследствии архиепископ Новгородский Антоний: "Блюдо велико злато служебное Ольги Русской, когда взяла дань, ходивши в Царьград: во блюде же Ольгине камень драгий, на том же камни написан Христос".

Патриарх благословил новокрещенную княгиню крестом, вырезанным из цельного куска Животворящего Древа Господня. На кресте была надпись: "Обновися Русская земля Святым Крестом, его же приняла Ольга, благоверная княгиня". (После завоевания Киева литовцами Ольгин крест был похищен из Софийского собора и вывезен католиками в Люблин. Дальнейшая его судьба неизвестна.) При крещении княгиня удостоилась имени святой равноапостольной Елены (древнегреч. "факел". - С. М .), много потрудившейся в распространении христианства в огромной Римской империи и обретшей Животворящий Крест, на котором был распят Господь.

В Киев Ольга вернулась с иконами, богослужебными книгами, а главное - с твердой решимостью обратить свой народ в христианство. Она воздвигла храм во имя святителя Николая над могилой Аскольда - первого киевского князя-христианина. С проповедью веры она отправилась на родной Север, во Псковские земли, откуда была родом. Действительно, это ведь псковская деревенька Выбуты (вверх от Пскова по реке Великой) подарила "дивную в девицах", принявшую христианство за три десятилетия до крещения Руси ее внуком Владимиром. Иоакимовская летопись уточняет, что Ольга (Хельга, Вольга) принадлежала к роду князей Изборских - одной из древнерусских княжеских династий.

Святая Ольга положила начало особенного почитания на Руси Пресвятой Троицы. Из века в век передавалось повествование о видении, бывшем ей около реки Великой, неподалеку от родного села. Она увидела, что с востока сходят с неба "три пресветлых луча". Обращаясь к своим спутникам, бывшим свидетелями видения, Ольга сказала пророчески: "Да будет вам ведомо, что изволением Божиим на этом месте будет церковь во имя Пресвятой и Животворящей Троицы и будет здесь великий и славный град, изобилующий всем". На этом месте Ольга воздвигла крест и основала храм во имя Святой Троицы. Он стал главным собором Пскова, именовавшегося с тех пор "Домом Святой Троицы". Таинственными путями духовного преемства через четыре столетия это почитание передано было преподобному Сергию Радонежскому.

Материнские усилия княгини Ольги имели драматический и даже трагический результат: вполне успешный воин, ее сын Святослав оставался язычником, по его распоряжению был убит племянник Ольги Глеб. Ольга горько пеняла сыну "...сожалею о том, что хотя я и много учила и убеждала оставить идольское нечестие, уверовать в истинного Бога, познанного мною, а ты пренебрегаешь этим, и знаю я, что за твое непослушание ко мне тебя ждет на земле худой конец, и по смерти - вечная мука, уготованная язычникам. Исполни же теперь хоть эту мою последнюю просьбу: не уходи никуда, пока я не преставлюсь и не буду погребена; тогда иди куда хочешь. По моей кончине не делай ничего, что требует в таких случаях языческий обычай; но пусть мой пресвитер с клириками погребут по обычаю христианскому мое тело; не смейте насыпать надо мною могильного холма и делать тризны; но пошли в Царьград золото ко святейшему патриарху, чтобы он совершил молитву и приношение Богу за мою душу и раздал нищим милостыню ".

Слыша это, Святослав горько плакал и обещал исполнить все завещанное ею, отказываясь только от принятия святой веры. Накануне смерти блаженная Ольга впала в крайнее изнеможение, причастилась; все время пребывала в усердной молитве к Богу и Пречистой Богородице; призывала всех святых; с особенным усердием молилась о просвещении по ее смерти земли Русской; предвидя будущее, неоднократно предсказывала, что Бог просветит людей земли Русской и многие из них будут великими святыми ; о скорейшим исполнении этого пророчества и молилась блаженная Ольга пред своей кончиной.

11 июля 969 г. святая Ольга скончалась, "и плакали по ней плачем великим сын ее и внуки, и все люди". Пресвитер Григорий в точности выполнил ее завещание.

Святая равноапостольная Ольга была канонизирована на соборе 1547 г., который подтвердил повсеместное почитание ее на Руси еще в домонгольскую эпоху.

Бог прославил "начальницу веры" в Русской земле чудесами и нетлением мощей. При святом князе Владимире мощи святой Ольги были перенесены в Десятинный храм Успения Пресвятой Богородицы и положены в раку, в каких было принято помещать мощи святых на православном Востоке. Над гробницей святой Ольги в церковной стене было окно; и если кто с верой приходил к мощам, видел их через оконце, причем некоторые видели исходящее от них сияние, и многие одержимые болезнями получали исцеление. Приходившему же с маловерием оконце не открывалось, и он не мог видеть мощей, а только гроб.

Святая равноапостольная Ольга стала духовной матерью русского народа, через нее началось его просвещение светом Христовой веры. Несомненно прав историк Н. М. Карамзин, отнесший княгиню к первым русским паломницам.

Иллюстрации: Княгиня Ольга (художник Бруни); Крещение кн. Ольги (Б. А. Чориков (1807-1840-е гг.), выпускник Академии художеств); Княгиня Ольга (художник Васнецов); памятник кн. Ольге в Киеве (восстановленный в 1996 г. проект 1911 г. скульпторов И. П. Кавалеридзе и Ф. П. Балавенского, фото автора); памятник кн. Ольге во Пскове (скульптор В. Клыков, 2003).

«Начальницей веры» и «корнем Православия» в Русской земле издревле называли святую равноапостольную Ольгу люди. Крещение Ольги было ознаменовано пророческими словами патриарха, крестившего ее: «Благословенна ты в женах русских, ибо оставила тьму и возлюбила Свет. Прославлять тебя будут сыны русские до последнего рода!» При крещении русская княгиня удостоилась имени святой равноапостольной Елены, много потрудившейся в распространении христианства в огромной Римской империи и обретшей Животворящий Крест, на котором был распят Господь. Подобно своей небесной покровительнице, Ольга стала равноапостольной проповедницей христианства на необъятных просторах земли Русской. В летописных свидетельствах о ней немало хронологических неточностей и загадок, но вряд ли могут возникнуть сомнения в достоверности большинства фактов ее жизни, донесенных до нашего времени благодарными потомками святой княгини — устроительницы Русской земли. Обратимся к повествованию о ее жизни.

Имя будущей просветительницы Руси и родину ее древнейшая из летописей — «Повесть временных лет» называет в описании женитьбы Киевского князя Игоря: «И привели ему жену из Пскова именем Ольга». Иоакимовская летопись уточняет, что она принадлежала к роду князей Изборских — одной из древнерусских княжеских династий.

Супругу Игоря звали варяжским именем Хельга, в русском произношении — Ольга (Вольга). Предание называет родиной Ольги село Выбуты неподалеку от Пскова, вверх по реке Великой. Житие святой Ольги повествует, что здесь впервые состоялась встреча ее с будущим супругом. Молодой князь охотился «в области Псковской» и, желая перебраться через реку Великую, увидел «некоего плывущего в лодке» и подозвал его к берегу. Отплыв от берега в лодке, князь обнаружил, что его везет девушка удивительной красоты. Игорь воспылал к ней похотью и стал склонять ее ко греху. Перевозчица оказалась не только красива, но целомудренна и умна. Она устыдила Игоря, напомнив ему о княжеском достоинстве правителя и судии, который должен быть «светлым примером добрых дел» для своих поданных. Игорь расстался с ней, храня в памяти ее слова и прекрасный образ. Когда пришло время выбирать невесту, в Киев собрали самых красивых девушек княжества. Но ни одна из них не пришлась ему по сердцу. И тогда он вспомнил «дивную в девицах» Ольгу и послал за ней сродника своего князя Олега. Так Ольга стала женой князя Игоря, великой русской княгиней.

После женитьбы Игорь отправился в поход на греков, а вернулся из него уже отцом: родился сын Святослав. Вскоре Игорь был убит древлянами. Боясь мести за убийство Киевского князя, древляне отправили послов к княгине Ольге, предлагая ей вступить в брак со своим правителем Малом. Ольга сделала вид, что согласна. Хитростью заманила она в Киев два посольства древлян, предав их мучительной смерти: первое было заживо погребено «на дворе княжеском», второе — сожжено в бане. После этого пять тысяч мужей древлянских были убиты воинами Ольги на тризне по Игорю у стен древлянской столицы Искоростеня. На следующий год Ольга снова подошла с войском к Искоростеню. Город сожгли с помощью птиц, к ногам которых привязали горящую паклю. Оставшихся в живых древлян пленили и продали в рабство.

Наряду с этим летописи полны свидетельств о ее неустанных «хождениях» по Русской земле с целью построения политической и хозяйственной жизни страны. Она добилась укрепления власти Киевского великого князя, централизовала государственное управление с помощью системы «погостов». Летопись отмечает, что она с сыном и дружиной прошла по Древлянской земле, «устанавливая дани и оброки», отмечая села и становища и места охот, подлежащие включению в киевские великокняжеские владения. Ходила она в Новгород, устраивая погосты по рекам Мсте и Луге. «Ловиша ее (места охоты) были по всей земле, установленные знаки, места ее и погосты, — пишет летописец, — и сани ее стоят в Пскове до сего дня, есть указанные ею места для ловли птиц по Днепру и по Десне; и село ее Ольгичи существует и поныне». Погосты (от слова «гость» — купец) стали опорой великокняжеской власти, очагами этнического и культурного объединения русского народа.

Житие так повествует о трудах Ольги: «И управляла княгиня Ольга подвластными ей областями Русской земли не как женщина, но как сильный и разумный муж, твердо держа в своих руках власть и мужественно обороняясь от врагов. И была она для последних страшна своими же людьми любима, как правительница милостивая и благочестивая, как судия праведный и никого не обидящий, налагающий наказание с милосердием, и награждающий добрых; она внушала всем злым страх, воздавая каждому соразмерно достоинству его поступков, но всех делах управления она обнаруживала дальновидность и мудрость. При этом Ольга, милосердная по душе, была щедродательна нищим, убогим и малоимущим; до ее сердца скоро доходили справедливые просьбы, и она быстро их исполняла... Со всем этим Ольга соединяла воздержанную и целомудренную жизнь, она не хотела выходить вторично замуж, но пребывала в чистом вдовстве, соблюдая сыну своему до дней возраста его княжескую власть. Когда же последний возмужал, она передала ему все дела правления, а сама, устранившись от молвы и попечении, жила вне забот управления, предаваясь делам благотворения».

Русь росла и укреплялась. Строились города, окруженные каменными и дубовыми стенами. Сама княгиня жила за надежными стенами Вышгорода, окруженная верной дружиной. Две трети собранной дани, по свидетельству летописи, она отдавала в распоряжение киевского веча, третья часть шла «к Ольге, на Вышгород» — на ратное строение. Ко времени Ольги относится установление первых государственных границ Киевской Руси. Богатырские заставы, воспетые в былинах, сторожили мирную жизнь киевлян от кочевников Великой Степи, от нападений с Запада. Чужеземцы устремлялись в Гардарику («страну городов»), как называли они Русь, с товарами. Скандинавы, немцы охотно вступали наемниками в русское войско. Русь становилась великой державой.

Как мудрая правительница, Ольга видела на примере Византийской империи, что недостаточно забот лишь о государственной и хозяйственной жизни. Необходимо было заняться устроением религиозной, духовной жизни народа.

Автор «Степенной книги» пишет: «Подвиг ее /Ольги/ в том был, что узнала она истинного Бога. Не зная закона христианского, она жила чистой и целомудренной жизнью, и желала она быть христианкой по свободной воле, сердечными очами путь познания Бога обрела и пошла по нему без колебания». Преподобный Нестор летописец повествует: «Блаженная Ольга с малых лет искала мудрости, что есть самое лучшее в свете этом, и нашла многоценный жемчуг — Христа».

Сделав свой выбор, великая княгиня Ольга, поручив Киев подросшему сыну, отправляется с большим флотом в Константинополь. Древнерусские летописцы назовут это деяние Ольги «хождением», оно соединяло в себе и религиозное паломничество, и дипломатическую миссию, и демонстрацию военного могущества Руси. «Ольга захотела сама сходить к грекам, чтобы своими глазами посмотреть на службу христианскую и вполне убедиться в их учении об истинном Боге», — повествует житии святой Ольги. По свидетельству летописи, в Константинополе Ольга принимает решение стать христианкой. Таинство Крещения совершил над ней патриарх Константинопольский Феофилакт (933 — 956), а восприемником был император Константин Багрянородный (912 — 959), оставивший в своем сочинении «О церемониях византийского двора» подробное описание церемоний во время пребывания Ольги в Константинополе. На одном из приемов русской Княгине было поднесено золотое, украшенное драгоценными камнями блюдо. Ольга пожертвовала его в ризницу собора Святой Софии, где его видел и описал в начале XIII века русский дипломат Добрыня Ядрейкович, впоследствии архиепископ Новгородский Антоний: «Блюдо велико злато служебное Ольги Русской, когда взяла дань, ходивши в Царьград: во блюде же Ольгине камень драгий, на том же камни написан Христос».

Патриарх благословил новокрещенную русскую княгиню крестом, вырезанным из цельного куска Животворящего Древа Господня. На кресте была надпись: «Обновися Русская земля Святым Крестом, его же приняла Ольга, благоверная княгиня».

В Киев Ольга вернулась с иконами, богослужебными книгами — началось ее апостольское служение. Она воздвигла храм во имя святителя Николая над могилой Аскольда — первого Киевского князя-христианина и многих киевлян обратила ко Христу. С проповедью веры отправилась княгиня на север. В Киевских и Псковских землях, в отдаленных весях, на перекрестках дорог воздвигала кресты, уничтожая языческие идолы.

Святая Ольга положила начало особенного почитания на Руси Пресвятой Троицы. Из века в век передавалось повествование о видении, бывшем ей около реки Великой, неподалеку от родного села. Она увидела, что с востока сходят с неба «три пресветлых луча». Обращаясь к своим спутникам, бывшим свидетелями видения, Ольга сказала пророчески: «Да будет вам ведомо, что изволением Божиим на этом месте будет церковь во имя Пресвятой и Животворящей Троицы и будет здесь великий и славный град, изобилующий всем». На этом место Ольга воздвигла крест и основала храм во имя Святой Троицы. Он стал главным собором Пскова — славного града русского, именовавшегося с тех пор «Домом Святой Троицы». Таинственными путями духовного преемства через четыре столетия это почитание передано было преподобному Сергию Радонежскому.

11 мая 960 года в Киеве освятили храм Святой Софии — Премудрости Божией. Этот день отмечался в Русской Церкви как особый праздник. Главной святыней храма стал крест, полученный Ольгой при крещении в Константинополе. Храм, построенный Ольгой, сгорел в 1017 году, и на его место Ярослав Мудрый воздвиг церковь святой великомученицы Ирины, а святыни Софийского Ольгина храма перенес в доныне стоящий каменный храм Святой Софии Киевской, заложенный в 1017 году и освященный около 1030 года. В Прологе XIII века об Ольгином кресте сказано: «Иже ныне стоит в Киеве во Святой Софии в алтаре на правой стороне». После завоевания Киева литовцами Ольгин крест был похищен из Софийского собора и вывезен католиками в Люблин. Дальнейшая его судьба нам неизвестна. Апостольские труды княгини встречали тайное и открытое сопротивление язычников. Среди бояр и дружинников в Киеве нашлось немало людей, которые, по словам летописцев «возненавидели Премудрость», как и святую Ольгу, строившую Ей храмы. Ревнители языческой старины все смелее поднимали голову, с надеждой взирая на подрастающего Святослава, решительно отклонившего уговоры матери принять христианство. «Повесть временных лет» так повествует об этом: «Жила Ольга с сыном своим Святославом, и уговаривала его мать креститься, но пренебрегал он этим и уши затыкал; однако если кто хотел креститься, не возбранял тому, ни издевался над ним... Ольга часто говорила: «Сын мой, я познала Бога и радуюсь; вот и ты, если познаешь, тоже начнешь радоваться». Он же, не слушая сего, говорил: «Как я могу захотеть один веру переменить? Мои дружинники этому смеяться будут!» Она же говорила ему: «Если ты крестишься, все так же сделают».

Он же, не слушая матери, жил по языческим обычаям, не зная, что если кто матери не слушает, попадет в беду, как сказано: «Если кто отца или матерь, не слушает, то смерть примет». Он же к тому еще и сердился на мать... Но Ольга любила своего сына Святослава, когда говорила: «Да будет воля Божия. Если Бог захочет помиловать потомков моих и землю русскую, да повелит их сердцам обратиться к Богу, как это было мне даровано». И говоря так, молилась за сына и за людей его все дни и ночи, заботясь о своем сыне до его возмужания».

Несмотря на успех своей поездки в Константинополь, Ольга не смогла склонить императора к соглашению по двум важнейшим вопросам: о династическом браке Святослава с византийской царевной и об условиях восстановления существовавшей при Аскольде митрополии в Киеве. Поэтому святая Ольга обращает Взоры на Запад — Церковь была в то время едина. Вряд ли могла знать русская княгиня о богословских различиях греческого и латинского вероучения.

В 959 году немецкий хронист записывает: «Пришли к королю послы Елены, королевы руссов, которая крещена в Константинополе, и просили посвятить для сего народа епископа и священников». Король Оттон, будущий основатель Священной Римской империи германской нации, откликнулся на просьбу Ольги. Через год епископом Русским был поставлен Либуций, из братии монастыря святого Альбана в Майнце, но он вскоре скончался (15 марта 961 г.). На его место посвятили Адальберта Трирского, которого Оттон, «щедро снабдив всем нужным», отправил, наконец, в Россию. Когда в 962 году Адальберт появился в Киеве, он «не успел ни в чем том, за чем был послан, и видел свои старания напрасными». На обратном пути «некоторые из его спутников были убиты, и сам епископ не избежал смертной опасности», — так повествуют летописи о миссии Адальберта.

Языческая реакция проявилась столь сильно, что пострадали не только немецкие миссионеры, но и некоторые из киевских христиан, крестившихся вместе с Ольгой. По приказу Святослава был убит племянник Ольги Глеб и разрушены некоторые построенные ею храмы. Святой Ольге пришлось смириться с происшедшим и уйти в дела личного благочестия, предоставив управление язычнику Святославу. Конечно, с ней по-прежнему считались, к ее опыту и мудрости неизменно обращались во всех важных случаях. Когда Святослав отлучался из Киева, управление государством поручалось святой Ольге. Утешением для нее были славные военные победы русского воинства. Святослав разгромил давнего врага Русского государства — Хазарский каганат, навсегда сокрушив могущество иудейских правителей Приазовья и нижнего Поволжья. Следующий удар был нанесен Волжской Болгарии, потом пришел черед Дунайской Болгарии — восемьдесят городов взяли киевские дружинники по Дунаю. Святослав и его воины олицетворяли богатырский дух языческой Руси. Летописи сохранили слова Святослава, окруженного со своей дружиной огромным греческим войском: «Не посрамим земли русской, но ляжем костьми здесь! Мертвые сраму не имут!» Святослав мечтал о создании огромной Русской державы от Дуная до Волги, которая объединила бы Русь и другие славянские народы. Святая Ольга понимала, что при всем мужестве и отваге русских дружин им не справиться с древней империей ромеев, которая не допустит усиления языческой Руси. Но сын не слушал предостережений матери.

Много скорбей пришлось пережить святой Ольге в конце жизни. Сын окончательно переселился в Переяславец на Дунае. Пребывая в Киеве, она учила своих внуков, детей Святослава, христианской вере, но не решалась крестить их, опасаясь гнева сына. Кроме того, он препятствовал ее попыткам утверждения христианства на Руси. Последние годы, среди торжества язычества, ей, когда-то всеми почитаемой владычице державы, крестившейся от Вселенского патриарха в столице Православия, приходилось тайно держать при себе священника, чтобы не вызвать новой вспышки антихристианских настроений. В 968 г. Киев осадили печенеги. Святая княгиня с внуками, среди которых был и князь Владимир, оказались в смертельной опасности. Когда весть об осаде достигла Святослава, он поспешил на помощь, и печенеги были обращены в бегство. Святая Ольга, будучи уже тяжело больной, просила сына не уезжать до ее кончины. Она не теряла надежды обратить сердце сына к Богу и на смертном одре не прекращала проповеди: «Зачем оставляешь меня, сын мой, и куда ты идешь? Ища чужого, кому поручаешь свое? Ведь дети Твои еще малы, а я уже стара, да и больна, — я ожидаю скорой кончины — отшествия к возлюбленному Христу, в которого я верую; я теперь ни о чем не беспокоюсь, как только о тебе: сожалею о том, что хотя я и много учила и убеждала оставить идольское нечестие, уверовать в истинного Бога, познанного мною, а ты пренебрегаешь этим, и знаю я, что за твое непослушание ко мне тебя ждет на земле худой конец, и по смерти — вечная мука, уготованная язычникам. Исполни же теперь хоть эту мою последнюю просьбу: не уходи никуда, пока я не преставлюсь и не буду погребена; тогда иди, куда хочешь. По моей кончине не делай ничего, что требует в таких случаях языческий обычай; но пусть мой пресвитер с клириками погребут по обычаю христианскому мое тело; не смейте насыпать надо мною могильного холма и делать тризны; но пошли в Царьград золото к святейшему патриарху, чтобы он совершил молитву и приношение Богу за мою душу и раздал нищим милостыню».

«Слыша это, Святослав горько плакал и обещал исполнить все завещанное ею, отказываясь только от принятия святой веры. По истечении трех дней блаженная Ольга впала в крайнее изнеможение; она причастилась Божественных Тайн Пречистого Тела и Животворящей Крови Христа Спаса нашего; все время она пребывала в усердной молитве к Богу и к Пречистой Богородице, которую всегда по Боге имела себе помощницею; она призывала всех святых; с особенным усердием молилась блаженная Ольга о просвещении по ее смерти земли Русской; прозирая будущее, она неоднократно предсказывала, что Бог просветит людей земли Русской и многие из них будут великие святые; о скорейшим исполнении этого пророчества и молилась блаженная Ольга при своей кончине. И еще молитва была на устах ее, когда честная душа ее разрешилась от тела, и, как праведная, была принята руками Божиими». 11 июля 969 года святая Ольга скончалась, «и плакали по ней плачем великим сын ее и внуки и все люди». Пресвитер Григорий в точности выполнил ее завещание.

Святая равноапостольная Ольга была канонизирована на соборе 1547 года, который подтвердил повсеместное почитание ее на Руси еще в домонгольскую эпоху.

Бог прославил «начальницу» веры в Русской земле чудесами и нетлением мощей. При святом князе Владимире мощи святой Ольги были перенесены в Десятинный храм Успения Пресвятой Богородицы и положены в саркофаге, в каких было принято помещать мощи святых на православном Востоке. Над гробницей святой Ольги в церковной стене было окно; и если кто с верой приходил к мощам, видел через оконце мощи, причем некоторые видели исходящее от них сияние, и многие одержимые болезнями получали исцеление. Приходившему же с маловерием оконце но открывалось, и он не мог видеть мощей, а только гроб.

Так и по кончине святая Ольга проповедовала вечную жизнь и воскресение, наполняя радостью верующих и вразумляя неверующих.

Сбылось ее пророчество о злой кончине сына. Святослав, как сообщает летописец, был убит печенежским князем Курей, который отсек голову Святослава и из черепа сделал себе чашу, оковал золотом и во время пиров пил из нее.

Исполнилось и пророчество святой о земле Русской. Молитвенные труды и дела святой Ольги подтвердили величайшее деяние ее внука святого Владимира (память 15 (28) июля) — Крещение Руси. Образы святых равноапостольных Ольги и Владимира, взаимно дополняя друг друга, воплощают материнское и отеческое начало русской духовной истории.

Святая равноапостольная Ольга стала духовной матерью русского народа, через нее началось его просвещение светом Христовой веры.

Языческое имя Ольги соответствует мужскому Олег (Хельги), что означает «святой». Хотя языческое понимание святости отличается от христианского, но оно предполагает в человеке особый духовный настрой, целомудрие и трезвление, ум и прозорливость. Раскрывая духовное значение этого имени, народ Олега назвал Вещим, а Ольгу — Мудрой. Впоследствии святую Ольгу станут называть Богомудрой, подчеркивая ее главный дар, ставший основанием всей лествицы святости русских жен — премудрость. Сама Пресвятая Богородица — Дом Премудрости Божией — благословила святую Ольгу на ее апостольские труды. Строительство ею Софийского собора в Киеве — матери городов Русских — явилось знаком участия Божией Матери в Домостроительстве Святой Руси. Киев, т.е. христианская Киевская Русь, стала третьим Жребием Божией Матери по Вселенной, и утверждение этого Жребия на земле началось через первую из святых жен Руси — святую равноапостольную Ольгу.

Христианское имя святой Ольги — Елена (в переводе с древнегреческого «Факел»), стало выражением горения ее духа. Святая Ольга (Елена) приняла духовный огонь, который не угас во всей тысячелетней истории Христианской России.

Биография

Княгиня Ольга - правительница Древнерусского государства. Жена Игоря Старого и мать Святослава. Приняла христианство и была признана святой. Она известна также своей административной реформой и местью восставшим древлянам.

Ольга - биография (жизнеописание)

Ольга - исторически засвидетельствованная правительница Древнерусского государства. Приняла власть в Киевской Руси после смерти своего мужа, князя , и осуществляла руководство страной до начала самостоятельного правления своего сына князя Святослава (946 - ок. 964 гг.).

Ольга приступила к управлению государством в нелегких условиях борьбы с сепаратизмом племенных князей, стремившихся отложиться от Киева или даже возглавить Русь вместо династии Рюриковичей. Княгиня подавила восстание древлян и провела в стране административную реформу с целью упорядочения взимания дани Киевом с подчиненных племен. Теперь повсюду местные жители сами в назначенное время свозили дань определенного объема («уроки») в специальные пункты - станы и погосты. Здесь же постоянно находились представители великокняжеской администрации. Успешной была и ее внешнеполитическая деятельность. Активные дипломатические отношения с Византией и Германией привели к признанию Руси субъектом международного права, а ее самой - равной другим государям. От системы военный поход - мирный договор Ольга перешла к выстраиванию долгосрочных конструктивных взаимоотношений с другими государствами.

Княгиня Ольга первой из правящих киевских князей приняла христианство задолго до официального крещения Древнерусского государства и впоследствии была признана святой и равноапостольной.

Княжеского рода или дочь перевозчика?

Происхождение великой киевской княгини Ольги в силу противоречивости информации русских источников неоднозначно трактуется исследователями. Житие святой Ольги свидетельствует о ее незнатном происхождении, она проживала в деревне Выбуты недалеко от . И согласно другим источникам она была дочерью простого лодочника. Когда Ольга перевозила через реку Игоря, она так понравилась князю, что он потом решил взять её в жены.

Но вот в Типографской летописи передана версия «от немцев», что Ольга была дочерью князю , а именно он, согласно многим летописям, выбирал жену Игорю. В рассказе Иоакимовской летописи князь Олег подобрал Игорю жену в , из известного рода . Девушку звали Прекраса, в Ольгу ее переименовал сам князь Олег.

Русский ученый Д. И. Иловайский и некоторые болгарские исследователи, основываясь на известиях позднейшей Владимирской летописи, автор которой принял древнерусское название Пскова (Плеснеск) за название болгарской Плиски, предполагали болгарское происхождение Ольги.

Возраст невесты, указанный в летописях, варьировал от 10 до 12 лет, и в связи с этим вызывает недоумение исследователей дата замужества Ольги - 903 г., отмеченная в Повести временных лет. Ее сын, Святослав, появился на свет ок. 942 г., за несколько лет до гибели Игоря. Выходит, Ольга решилась на рождение первого наследника в весьма почтенном для этого возрасте? По всей видимости, замужество Ольги свершилось гораздо позже указанной летописцем даты.

Еще молоденькой девочкой Ольга поразила князя и его окружение своими способностями. «Мудра и смыслена», - писали о ней летописцы. Но в полной мере Ольга как личность впервые заявила о себе уже после гибели князя Игоря.

Роковые загадки древлянам

В 945 г. при попытке второй раз подряд собрать дань с племени древлян киевский князь был жестоко убит. Древляне направили Ольге посольство с предложением ей выйти замуж за их князя Мала. То, что древляне сватали вдову за убийцу ее мужа, вполне соответствовало древним языческим родовым пережиткам. Но это было не просто возмещение потери. Видимо, Мал подобным способом - через женитьбу на Ольге, претендовал на великокняжескую власть.

Однако Ольга не собиралась, ни прощать убийц своего мужа, ни расставаться с единоличной властью. Летописи передают красочное предание о ее четырехкратной мести древлянам. Исследователи давно пришли к выводу, что летописное описание расправы, которую учинила Ольга, показывает ритуальный характер всех ее действий. Фактически послы древлян стали живыми участниками похоронного обряда по самим себе, они не поняли затаенного смысла обращений к ним и просьб Ольги при каждой из мести. Раз за разом княгиня как бы задавала древлянам загадку, не разгадывая которую, они обрекали себя на мучительную смерть. Таким способом летописец хотел показать умственное превосходство и нравственную правоту Ольги в задуманном ею отмщении.

Три мести Ольги

Первая месть Ольги. Послам древлян было предписано прибыть ко двору княгини ни пешими, ни конными, а в ладье. Ладья - традиционный элемент языческого погребального обряда многих народов Северной Европы. Ничего не заподозривших древлянских послов понесли в ладье, сбросили вместе с ней в глубокую яму и засыпали живыми землей.

Вторая месть Ольги. Княгиня заявила древлянам, что она заслуживает более представительное посольство, чем первое, и вскоре новая древлянская делегация появилась при ее дворе. Ольга сказала, что хочет оказать гостям высокие почести и приказала им истопить баню. Когда же древляне зашли в баню, их снаружи заперли и сожгли живьем.

Третья месть Ольги. Княгиня с небольшой дружиной пришла в древлянскую землю и, объявив, что хочет справить тризну на могиле князя Игоря, пригласила на нее «лучших мужей» древлян. Когда последние сильно опьянели, дружинники Ольги иссекли их мечами. Было убито, по данным летописи, 5 тысяч древлян.

Состоялась ли четвертая месть Ольги?

Любопытно, но далеко не все летописи сообщают о самой, пожалуй, знаменитой, четвертой по счету, мести Ольги: сожжение главного города древлян Искоростеня при помощи воробьев и голубей. Ольга с большим войском осадила Искоростень, но взять его так и не смогла. В ходе последовавших переговоров с жителями Искоростеня Ольга предложила им в качестве дани предоставить ей только птиц. Как явствует из текста в Летописце Переяславля Суздальского, она древлянам объяснила, что голуби и воробьи ей нужны для совершения обряда жертвоприношения. Языческие обряды с птицами были обычны в то время для русов.

Эпизод с сожжением Искоростеня отсутствует в Новгородской первой летописи, восходящей к самой древней из летописей - Начальному своду 1090-х гг. Исследователи полагают, что редактор Повести временных лет самостоятельно ввел его в свой текст, чтобы показать окончательную победу Ольги и, главное, объяснить, каким образом была вновь установлена власть Киева над всей землей древлян.

Был ли отвергнут князь Мал?

Как ни парадоксально, но такой вопрос может возникнуть. При описании четырехэтапной мести Ольги летописи молчат о судьбе древлянского князя Мала, так неудачно сватавшегося к вдове Игоря. Нигде не сказано, что он был убит.

Известный исследователь А. А. Шахматов отождествил с древлянским князем Малом упоминавшегося в летописях Малка Любечанина. В записи под 970 г. сказано, что этот Малк был отцом знаменитых Малуши и Добрыни. Малуша была ключницей у Ольги, от Святослава у нее родился будущий великий киевский князь и креститель Руси . Добрыня, согласно летописи, был дядей Владимира и его пестуном.

В историографии гипотеза А. А. Шахматова не была популярна. Казалось, что Мал после бурных событий в 945-946 гг. навсегда должен исчезнуть со страниц русской истории. Но любопытные параллели история с Малом приобретает в рассказе булгарской летописи Гази-Бараджа (1229-1246 гг.). Булгарский летописец описывает перипетии борьбы Ольги с Малом. Войско Ольги одерживает победу, и древлянский князь попадает в плен. Он настолько понравился Ольге, что на какое-то время у них устанавливаются, как бы сейчас сказали, романтические отношения. Проходит время, и Ольга узнает о любовной связи Мала с одной из своих прислужниц «знатного рода», но великодушно отпускает их обоих.

Предвозвестница христианской Руси

И Мал - не единственные из властвующих особ, кто был очарован умом и красотой Ольги. Среди желавших взять ее в жены был даже сам византийский император Константин VII Багрянородный (913-959 гг.).

Повесть временных лет под 955 г. рассказывает о путешествии княгини Ольги в Константинополь. Посольство Ольги имело большое значение для Русского государства. Как пишет Н. Ф. Котляр, впервые в истории Руси ее государь отправился в столицу Византии не во главе войска, а с мирным посольством, с заранее выработанной программой будущих переговоров. Это событие нашло отражение не только в русских источниках, но и во многих византийских и германских хрониках, очень подробно описано в сочинении Константина Багрянородного, называвшегося «О церемониях византийского двора».

Исследователи издавна спорят, было одно посольство или два (946 и 955 гг.), оспаривают и летописную дату 955 г. Известный ученый А. В. Назаренко убедительно доказал, что Ольга совершила одно путешествие к резиденции византийского императора, но оно состоялось в 957 г.

Константин VII, «подивившийся красоте и разуму» русской княгини, предложил ей стать его женой. Ольга ответила императору, что она язычница, но если он хочет, чтобы она крестилась, то крестить он ее должен сам. Император и константинопольский патриарх крестили ее, но Ольга перехитрила греческого царя. Когда Константин, согласно летописному рассказу, вновь предложил ей стать его женой, первая русская христианка ответила, что это уже невозможно: ведь император теперь приходился ей крестным отцом.

Крещение Ольги было проведено в главном храме православного мира - константинопольской Святой Софии. Оно сопровождалось, как пишет А. В. Назаренко, принятием Ольги в византийскую идеальную «семью государей» в высоком ранге «дочери» императора.

Дипломатия Ольги: игра на противоречиях

Многие исследователи полагают, что церковные цели (личное крещение и переговоры об учреждении церковной организации на территории Руси) были не единственными при визите Ольги в Константинополь. Более того, крупным историком русской православной церкви Е. Е. Голубинским высказывалось мнение о том, что Ольга была крещена в Киеве еще до ее византийской поездки. Некоторые исследователи предполагают, что Ольга ко времени визита уже приняла первичное крещение - оглашение, поскольку среди ее свиты византийские источники упоминают священника Григория.

Среди возможных политических целей посольства Ольги историки называют следующие:

  • Получение от императора королевского (цесарского) титула, чему должно было способствовать ее торжественное крещение в Софийском соборе. Судя по молчанию источников, эта цель, если и ставилась, не была достигнута;
  • Заключение династического брака. Возможно, Ольга предложила обручить юного Святослава с одной из дочерей императора. В сочинении «О церемониях» упоминается, что Святослав был в составе посольства, но из другого произведения Константина Багрянородного «Об управлении империей» можно понять, как пишет Н. Ф. Котляр, что Ольге было решительно отказано;
  • Пересмотр условий не очень выгодного русско-византийского договора 945 г., заключенного при князе Игоре.

Вероятно, политическое соглашение с Константинополем было достигнуто, поскольку до прихода к власти Святослава (964 г.) в источниках содержатся упоминания об участии русских отрядов в составе византийских войск, воюющих с арабами.

Ольга была, видимо, недовольна результатами переговоров с Константинополем. Этим и объясняется посещение ее послами в 959 г. германского короля Оттона I. По сообщениям германских хроник послы «королевы русов» просили короля «прислать их народу епископа и священников». Оттон I назначил миссийного епископа Адальберта на Русь, но его деятельность оказалась неудачной. Все исследователи рассматривают обращение Ольги к германскому королю, как средство политического давления на Византию. Видимо, этот прием оказался удачным: выросло напряжение в византийско-германских отношениях и правительство нового византийского императора Романа II предпочло нормализовать отношения с Киевом.

Внешняя политика княгини Ольги была вполне успешной. Влиятельные страны искали союза с Русью как с равной себе. Ольга стремилась обеспечить конструктивный взаимовыгодный мир, прежде всего, с Византией на долгие годы. Как считают исследователи, так, вероятно, и было бы, если бы в 964 г. власть у постаревшей Ольги не принял князь Святослав.

Подобно «жемчугу в грязи»

У пришедшего к власти Святослава были кардинально иные взгляды не только на христианство (он наотрез отказался от предложения Ольги креститься), но и на внешнеполитическую деятельность. Святослав постоянно пребывал в походах, а постаревшая Ольга проводила время в Киеве в обществе своих внуков.

В 968 г. случилась беда. Пока Святослав находился в походе на Дунае, завоевывая болгарские земли, столицу Руси осадили печенеги. Киевский князь едва успел вернуться домой, чтобы отогнать воинственных степняков. Но уже в следующем, 969 г., Святослав заявил, что хочет вернуться на Дунай. Тяжело недужившая Ольга сказала сыну, что она больна и когда он похоронит ее, то тогда пусть и отправляется, куда захочет. Через три дня, 11 июля 969 г., Ольга умерла.

В летописном рассказе о погребении Ольги имеют большое значение сразу несколько скупо отмеченных авторами источников деталей.

Во-первых, Ольга запретила по себе творить языческую тризну, так как при ней был священник.
Во-вторых, княгиню похоронили на выбранном месте, но не сказано, на каком. Это объясняется тем, что над Ольгой уже не насыпали обычного для местного языческого обряда кургана, а погребли «с землею ровно».
В-третьих, нельзя не обратить внимание на добавление в Новгородской первой летописи (сохранившей наиболее древнюю основу) к летописному рассказу о погребении Ольги выражения «в тайне». Как отмечает Д. С. Лихачев, Новгородская первая летопись рассматривает княгиню Ольгу как тайную христианку.

Рассказ русских летописцев об Ольге проникнут безмерным уважением, огромной теплотой, горячей любовью. Они называют её предвозвестницей для христианской земли. Пишут, что светилась она среди язычников подобно «жемчугу в грязи». Не позднее начала XI в. княгиню Ольгу стали почитать как святую, в XIII в. она была уже официально канонизирована, а в 1547 г. была причислена к лику святой и равноапостольной. Подобной почести были удостоены всего 5 женщин в истории христианства.

Роман Рабинович, канд. ист. наук ,
специально для портала